"СВИРЬ" Союз десантников Эстонии

Ян Цапник-ВДВ,взвод разведки

uzn_1475158764

<Ян Цапник: «В армии я выполнял свой долг перед Родиной, чем до сих пор горжусь»

— Известно, что у вас очень непростая биография: сначала спорт, потом спецназ, а после — театральный институт. Почему такой разброс, с чем это связано?

— Давайте, расскажу по порядку, и вы все поймете. Мой папа — актер, а мама — спортсменка. Поэтому мама мечтала, чтобы я стал актером, а папа — спортсменом. (Улыбается.) И детства в привычном представлении у меня не было: я то играл в музыкальной школе на скрипке, то в театре — роли мальчиков, пока не вырос из всех костюмов. Потом учился в Школе Олимпийского резерва, стал мастером спорта по гандболу и играл в дублирующей лиге. Хотел поступать в Институт физкультуры и спорта имени Лесгафта, стать тренером. Но на тот момент у меня уже были различные травмы, и я понимал, что профессиональный спорт до хорошего меня не доведет. Поработал поваром-кондитером третьего разряда на швейной фабрике для глухонемых, мне это в жизни тоже пригодилось… Да, много профессий было мною изучено! Хотел даже летчиком стать. Но поскольку я учился в спортивном классе и за два последних года в школе был всего шесть месяцев, а все остальное время проводил на соревнованиях, то о сдаче математики и прочих предметов на отлично и речи быть не могло. Поэтому, кроме театрального института, у меня никакой иной дороги не было. (Улыбается.) Вот я туда и поступил, причем еще до армии, в 1985 году. А после второго курса ушел служить.

— И потом, когда отслужили, восстановились?

— Не совсем так. Получилось, что я проезжал через Питер и до моей десантной формы «докопался» начальник патруля. Он получил в грудную клетку, а мне пришлось уносить ноги. И когда я пробегал по Моховой, то увидел театральный институт. И подумал: зачем мне ехать в Свердловск, где мой курс уже заканчивает обучение, когда можно учиться здесь? Как был в форме, так и пошел в институт. И мне повезло: мастер сказал, что набирает большой курс. Мне предложили что-то прочесть. Я вспомнил программу, с которой поступал в первый раз, прочитал все то же самое. Мастер попросил сыграть на инструменте, а там как раз лежала скрипка… Так меня и взяли.

«АКТЕР — ЧЕЛОВЕК, А НЕ АВТООТВЕТЧИК»

— Я так понимаю, что при создании образа отчима-десантника в фильме «Горько» вы были консультантом. Ведь вы не понаслышке знаете, что такое десантные войска.

— Ну, консультантом — это громко сказано. Но люди, писавшие сценарий, не служили в специальных войсках. И иногда режиссер и один из сценаристов Андрей Николаевич Першин — он же Жора Крыжовников — разрешал мне добавить что-то свое.

— Например?

— Ой, сейчас всего и не вспомню. Одна из шуток, которую я предложил: «Не открылся основной — не фиг дергать запасной». Это о парашюте. Это все из армии, из моей жизни!

— Скучаете по армейским временам?

— Люди всегда скучают по своей молодости. Тогда я был молод, и мне было здорово и комфортно жить. И в армии я выполнял свой долг перед Родиной, чем до сих пор горжусь.

Между небом и землёй (фильм 1975)

Фильм Между небом и землей снимался в 98 Свирской дивизии,в городах Кишинев и Болград.Однополчане увидят в фильме наше КПП.Песню Ждет меня Люся исполняла не одна рота.В общем это очень хороший фильм про ВДВ.Смотрим

“В зоне Особого Внимания”

Не все знают, что в сцене, где прапорщик Волентир вступил в рукопашную с группой сбежавших уголовников, актёра Михая Волонтира заменил известный мастер единоборств Тадеуш Касьянов, хотя в титрах фамилия не упоминается. Кроме этого, Касьянова отчётливо видно пробегающим по коридору в конце фильма, при захвате ЗКП.

11111111
По словам исполнителя главной роли, Бориса Галкина:
…история, рассказанная в фильме, — абсолютная правда. Был реальный случай, когда во время учений прапорщик и офицер с двумя солдатами обезвредили банду бежавших из колонии рецидивистов. Военный журналист Евгений Месяцев, проведя собственное журналистское расследование, написал об этом сначала блестящий репортаж, а затем и киносценарий.

Разведчики ВДВ в действительности не носят голубые береты на задании, но, по словам режиссёра фильма А. И. Малюкова, командующий ВДВ генерал В. Ф. Маргелов лично потребовал, чтобы именно эти головные уборы присутствовали в фильме: …Маргелов категорически, в свойственных ему ярких и сочных выражениях, объяснил мне, что он за голубой берет готов порвать глотку каждому. И голубой берет обязательно должен быть на головах наших героев. А голубой берет, конечно, это яркое пятнышко и по законам разведки, это не должно было быть, но здесь это некий символ рода войск.

В фильме самолёты не имеют опознавательных знаков. В военно-транспортной авиации ВВС использовались Ил-76 в ливрее и с бортовыми номерами «Аэрофлота», но демонстрировать это было недопустимо; поэтому кадры с самолётами ретушировались вручную:
Командующий ВТА выделил нам этот витебский полк для съёмок, он и снимался. И это была, конечно, мощь. Взлетал полк весь, машина за машиной. Сначала загружался весь десант — техника, личный состав. Потом он пошёл на взлёт и это было грандиозное зрелище.

33333
А когда мы смонтировали, пришёл офицер, по-моему подполковник, или даже майор — военный цензор. Достал брошюрку и показывает: «Видите, утверждено Верховным советом, и написано, что самолёты, раскрашенные в цвета „Аэрофлота“ (а все Илы были раскрашены в цвета „Аэрофлота“ с флагом на хвосте), не могут участвовать в военных мероприятиях. Вот если мне отменит Верховный совет эту строчку — я разрешу. А пока выбросить».

И весь этот мощнейший, самый дорогостоящий эпизод вылетел из картины. А оставшиеся кадры, тогда же не было компьютеров, цех комбинированных съёмок сидел и по кадрику замазывал флаги и надписи «Аэрофлот» на самолётах которые, всё-таки, остались, для того чтобы связать сюжет. Поэтому пристальный глаз зрителя может увидеть там такое сопливое пятно вместо хвоста. Это адова работа! И ничего сделать было нельзя.

Много отснятого материала не попало в фильм, в том числе по соображениям секретности. В дальнейшем эти плёнки были утилизированы, поэтому выход режиссёрской версии фильма принципиально невозможен.

6666
В конце фильма звучит «Песня десантников» («Лишь недавно учились мы…») (музыка М. Минкова/слова И. Шаферана) в исполнении Вадима Козина, написанная ещё в 1970 г. и тогда же спетая Эдуардом Лабковским.

Эпизод, когда группу Тарасова окружают в болоте и через громкоговорители предлагают сдаться, практически дословно воспроизведён в телесериале «Диверсант». Отличие только в том, что в «Диверсанте» немцы крутят не песню А. Пугачёвой, а «Лили Марлен» в исполнении Лале Андерсен, а командира разведгруппы играет Галкин-младший.

Исполнитель роли радиста Игорь Иванов не участвовал в озвучке фильма по причине того, что сразу после съёмок фильма был призван в армию. В дальнейшем в кино он снимался только в эпизодических ролях, но в качестве второго режиссёра снял множество известных фильмов.

Герои фильма лейтенант Тарасов и прапорщик Валентир встречаются в компьютерной игре S.T.A.L.K.E.R.: Зов Припяти.
Актер Михаил Чигарев в этом фильме играет гвардии старшего лейтенанта Кирикова, а в фильме «Ответный ход» − другого персонажа: начальника штаба гвардии подполковника Кочубу.
После выхода фильма в прокат конкурс в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище вырос до 20 человек на место.

222222
Егоров на бегу поёт песню из мультфильма «Винни Пух». В реальной жизни, при беге (а особенно при марш-броске) нельзя петь. Даже говорить нельзя — от пения или разговора сбивается дыхание.

1_2222
Из фильма было вырезано много моментов (в том числе и документальных) из-за соображений соблюдения секретности. К сожалению, весь этот материал был уничтожен в процессе монтажа. Поэтому режиссёрской версии никогда не будет.

Группа Тарасова оснащена малогабаритной радиостанцией Р-126, которая демонстрирует совершенно невозможные для нее свойства: обеспечивет связь на сотни километров, принимает вещательные станции, служит радиомаяком и даже пеленгатором. В то же время, она перестраивается на другую волну от легкого толчка, что немыслимо для военной аппаратуры. Автор:
sashaalx

Памяти Альберта Евдокимовича Слюсаря

За Спецназ! За ВДВ!

n3115-00019
Сумерки. Наступает час спецназа. Все документы, фотографии, блокноты, личные вещи сданы в штаб, убраны там в конверты и закрыты в сейфы. Теперь все они, бойцы группы специального назначения, безымянны. Точнее, имя у них есть, одно на всех — радиопозывной группы. И голос радиста теперь — их голос. Усталый, короткими сообщениями, он будет докладывать о пройденных километрах, точках стояния, местонахождении и маршрутах. О выполнении задач. Об уничтоженных объектах противника, о трофеях и пленных.

Но может так случиться, что именно он, этот голос, еле слышный, мертвеющий, отправит в эфир — сквозь треск помех и автоматных очередей — последнее: “Прощайте, ребята! Нас больше нет…” Спецназ не знает жалости, но и сам её ни у кого не просит.

Много лет назад, когда только начиналась та, первая война, я прилетел в Чечню с полком разведки ВДВ. Созданный буквально за год до того, этот полк был качественно новой боевой единицей. Он был сформирован с учетом опыта использования армии в национальных конфликтах, и имел в своем составе, кроме боевых подразделений, собственные разведывательные подразделения, причем не только войсковые, но и агентурные, технические. А также отряд психологических операций со своей типографией, теле- и радиостанцией. И отряд беспилотных самолетов-разведчиков — до того вообще невиданное дело для линейных частей. В общем, это был мощный кулак, который перекрывал практически весь спектр конфликтных ситуаций, с которыми мог столкнуться в ходе выполнения боевой задачи. И так получилось, что полк спецназа разведки Воздушно-десантных войск был в декабре 1994 года едва ли не единственной полноценной и полнокровной боевой единицей на все Вооруженные Силы России. Создавал его, неторопливо и тщательно, начальник разведки ВДВ полковник Павел Поповских, отбирая для будущей элитной части лучшие подразделения ВДВ. 218-й батальон “спецназа”, геройски проявивший себя в Карабахе, Приднестровье, Абхазии, стал основой этого полка, а к нему Поповских добавил “непромокаемый” (по шутке ВДВ) 901-й десантно-штурмовой батальон, выдержавший годичную блокаду в осажденном Сухуми. Всего за год из этих двух батальонов сложился элитный, абсолютно новый в современном военном строительстве полк, идеально приспособленный для участия в локальных конфликтах.

И уже 1 января 1994 года полк, как последний резерв всей российской армии, бросили в Грозный. Полк спецназа не имел ни пушек, ни танков, ни минометов. Всего четыреста бойцов с легким стрелковым оружием да десяток бэтээров — вот и все силы десантников. А в городе, после разгрома и гибели 131-й бригады, 81-го полка, после отступления штурмовых группировок на одного российского солдата приходилось пять боевиков. И казалось, что полный разгром и гибель остатков наших войск уже неизбежны. Вот в эти часы полк с боем прорвался к генералу Рохлину. Тогда-то и стали понятны мудрость и дальновидность разведки ВДВ, создавшей и обучившей этот полк. С первых часов разведчики перехватили инициативу у боевиков. Умелые, отлично обученные, психологически закаленные спецназовцы были совсем не похожи на растерянных и деморализованных “срочников”, формированиям которых ещё только предстояло в горниле этих страшных боёв стать настоящими боевыми частями. И с первых часов “спецназовцы” начали жёстко навязывать боевикам свою волю, “ломать” их отработанные схемы боёв с русской армией и беспощадно “утилизировать” опьяненных успехом, уверенных в безнаказанности боевиков Дудаева.

Для начала полк ушёл с простреливаемого пятачка больничного комплекса, где, фактически как в осаждённой крепости сражалась сводная группа корпуса Льва Рохлина, единственного оставшегося неразгромленным в трагическую ночь 1 января, но блокированного и фактически окружённого. Ушёл вперёд, фактически в тыл дудаевцев, организовав свой защищённый плацдарм в одном из кварталов. Это было необходимо, чтобы использовать главное преимущество “спецназовцев” — скрытность, при которой разведгруппы превращаются из малочисленных легковооружённых отрядов в грозное оружие — стилеты, способные проникать глубоко в плоть врага и доставать до самых его уязвимых и жизненно важных точек…

Уже через двое суток после прорыва полка к Рохлину боевики окрестили его в эфире “президентским” и при одном упоминании о нем начинали нервничать. А еще через двое суток Дудаев издал приказ о запрещении прямых столкновений с “серыми волками” — эмблема полка, объявил их личными врагами и назначил огромные премии за каждого убитого “спецназовца” и особую премию за пленного. Эта премия так и осталась невыплаченной…

Не предназначенный для боев в городе, оснащенный одним только легким стрелковым оружием, сводный батальон “спецназа” ВДВ сломил сопротивление дудаевцев в этом районе и начал развивать наступление на президентский дворец. Переломным моментом борьбы за город стал штурм высотных зданий института нефтехимии и жилой 16-этажки, прикрывавших подход к “дворцу Дудаева” и господствующий над центром города. Несколько дней пехота, теряя людей, топталась на подходах к нему, но не могла продвинуться вперёд, настолько плотным был огонь боевиков и прочной их оборона. И тогда за дело взялись “спецы” “сорок пятого”. После тщательной разведки выяснилось, что ночью дудаевский гарнизон уходит на отдых, оставляя в мёртвом промёрзшем здании лишь дежурные расчеты. Решено было этим воспользоваться. Буквально просочившись в сумерках под самым носом дежурных расчётов и наблюдателей вдоль Сунжи, группа “спецназа” вышла в тыл боевикам. Применяя бесшумное оружие, приборы ночного видения, разведчики вошли в здание и, “зачистив” дежурные расчеты дудаевцев, буквально за руку вытащили к утру сюда подразделения не желавших верить в столь бесшумную победу мотострелков и артиллерийских корректировщиков. К утру это уже был опорный пункт наших войск, а ничего не подозревавший отряд боевиков, возвращающийся с рассветом на свои позиции, попал в засаду и тоже был полностью уничтожен. Одновременно с этим артиллерия прицельно накрыла площадь перед дворцом, куда приехал целый кортеж боевиков. С высоты захваченного здания весь центр Грозного был как на ладони! Это была одна из самых ярких операций спецназа в Грозном…

Дудаеву противостоял невысокий, худощавый, немногословный полковник, который прорвался в город на броне вместе со своими “спецами” и лично руководил разработкой и проведением каждой операции полка — начальник разведки ВДВ Павел Яковлевич Поповских. Тогда ему было сорок восемь лет…

Он мог не ехать на эту войну. Как не прилетели тогда сюда десятки комкоров, командармов и комдивов, отправивших в Чечню свои части, а сами оставшиеся в теплых штабных кабинетах. Но полковник Павел Поповских не мог поступить иначе. Ведь полк, брошенный последним резервом в бой, был его детищем, его душой, а значит, он должен был быть с ним. И потому Поповских не вылезал с передовой, лично ходил с группами на “боевые”.

Дудаев не знал, кто командует ненавистными ему “серыми волками”, но заочно приговорил его к смерти. Слишком велики были потери боевиков, и слишком горьким оказалось разочарование от выбитой из рук победы…

Тогда, в январе 1995, полковник Поповских и его полк спасли не только группировку генерала Рохлина, но и честь, престиж всей России, её армии от бесславного и позорного разгрома. Именно 45-й полк специального назначения ВДВ переломил ход боев за Грозный, нанес боевикам тяжелейшие поражения, овладел ключевыми узлами сопротивления и обеспечил удачное наступление других частей. Казалось бы, Родина оценит заслуги Павла Поповских по самой высшей шкале, но в жизни Павла Яковлевича наступила совсем другая страница…

Камера, затхлый кислый запах тюрьмы, беды — замурованных в каменных клетушках человеческих тел. Бесконечный, негасимый, воспаленный свет тусклой лампочки. Ночи без сна. Обида, боль, горечь. А в короткие минуты забытья — огромное голубое небо вокруг, свист ветра в ушах, парение на упругом батуте прохладного воздуха. И белый купол над головой…

Полковника Поповских и ещё пятерых спецназовцев из уникального офицерского подразделения обвинили в убийстве журналиста “Московского Комсомольца” Холодова.

…По телевидению блеклая, безразличная ко всему, кроме собственной исключительности, дикторша назвала его “бывшим полковником”. Прокуратура уже торопливо хвастается, что задержала “предполагаемого” убийцу Холодова. И этот “предполагаемый” и “бывший” — он. Торопится следователь, закрепляет “успех” операции по задержанию опасного преступника. Только кто же от него бегал-то? Никуда не скрывался, полковник на все допросы ходил. Да и куда ему бежать, а главное — зачем? Здесь — дом, здесь — семья, здесь — друзья и любимая работа. Бегает тот, кто за собой вину чувствует, кого грехи гнетут. А он в тот день поехал в военкомат за справкой о льготах на оплату квартиры. Там, на ступеньках у входа, его и арестовали.

О том, что в ближайшие две недели его арестуют, он знал. Первым признаком надвигающегося ареста стала постоянная слежка. Для него, профессионала-разведчика, обнаружить “наружку” за собой было заданием для первоклассника. Плотно вели, в несколько машин…

Вот как он сам рассказывает о тех страшных днях:

— Тюрьма для меня началась с того, что после первых допросов меня завезли в одно из отделений в районе Таганки. Там оформили арест и привезли в тюрьму. И первое, что я запомнил — запах тюрьмы. Его ни с чем спутать нельзя. Запах беды, застоявшийся запах горя. Серые темные стены. Железные двери. Почему-то много стука. Лязг ключей, лязг дверей, лязг затворов. Лампочка под потолком маленькая.

Сначала была одиночная камера, пока оформляли. А потом завели в камеру, где сидел уже бывалый народ, в смысле те, которые уже знали что, где и как. Мне начали объяснять, что тут можно делать, что нельзя. А потом начались обычные тюремные “круги”.

Сначала тебя забрасывают в камеру, где есть свободное место. Там ты проводишь несколько дней. За это время тюремное начальство и оперативная служба получают соответствующие указания от следствия по твоему режиму, и после этого начинаются перемещения. Тебя переводят в другую камеру, и начинается комплектование ее в соответствии с задачами, которые поставило следствие. То есть к тебе подсаживают одного или нескольких человек, которые, так сказать, “помогают следствию”. Создается атмосфера как бы наоборот. Специально подбираются лица психологически несовместимые, а если кто-то из этого “пресса” выпадает, то таких быстро отселяют. Только как-то сжился, привык — снова перемещение. Смысл такой “тусовки” очевиден и проверен годами — сломать человека, заставить его жить в предельном напряжении, на нервах, и тогда — глядишь, он “расколется” или начнет видеть в своем следователе “избавителя” от всего этого ужаса, будет готов подписать любую бумагу, лишь бы облегчить себе режим.

…До того дня в тюрьме я не бывал. Поэтому представить себе эту обстановку мог разве что по книгам или рассказам. Но какого-то глухого отчаяния или безысходности не было. Когда следствие начало “прессовать” мою семью и моих друзей, пугая их историями, как мне мучительно и плохо в “нечеловеческом тюремном быту”, мой хороший товарищ Володя Кравчук сказал моей жене: “Чем они его хотят напугать? Камерой? Так его жизнь никогда комфортом не отличалась. Казармы, полигоны, войны, общежития, интернаты. Нашли чем пугать. Он там выживет”. Володя был абсолютно прав. Следователи рассчитывали именно на то, что вся тюремная обстановка, психологический дискомфорт, вся эта среда обитания — она сломает, заставит опуститься, сдаться. Но вышло наоборот. После первых недель привыкания включился механизм адаптации. Я же всегда жил среди людей. Казарма, конечно, не тюремная камера, но опыт жизни — тот же. В тюрьме ведь тоже нет ничего своего, только еще в квадрате. И распоряжаться собой здесь так же не можешь, только в более унизительной и давящей форме. Например, в тюрьме тебя никогда не называют по фамилии. Открывается маленькое окошечко и, если вызвать нужно кого-то, то кричит: “Кто тут на П, кто тут на Б”? Называешь фамилию свою. Если та — то командуют: “На вызов”. Атмосфера, конечно, гнетущая, тяжелая. Но весь мой предшествующий жизненный опыт позволил мне адаптироваться…

…Через четыре года дело против десантников оглушительно лопнуло. Суд дважды полностью оправдал обвиняемых, не найдя их вины! Всем им вернули звания, награды и даже, после дополнительных судов, выплатили компенсации. И теперь остаётся только гадать, кому и зачем потребовалось засадить в тюрьму начальника разведки ВДВ, разгромить разведку ВДВ, попытаться расформировать и ликвидировать лучший в Вооружённых Силах полк “спецназа” ВДВ. Кому они стали бельмом на глазу? Случайно или неслучайно арест разведчиков состоялся вскоре после скандального отстранения от должности министра обороны Павла Грачёва, выходца из ВДВ, которого некоторые кремлёвские обитатели подозревали в излишних политических амбициях и даже обвиняли в создании собственной “спецслужбы” на базе разведуправления ВДВ…

К сожалению, по возрасту Павел Яковлевич уже не смог вернуться на службу. К тому же, и должность его занимал уже совсем другой человек, а подсиживать и выживать Поповских никогда не умел и не желал учиться этому “умению”… Но его сердце, его мысли, конечно, были с родным полком, с ВДВ…

— Конечно, я с первого дня второй чеченской войны душою и мыслями был там, — вспоминает Поповских. — Было очень обидно и горько, что я здесь, в тюрьме, а мои ребята там. По публикациям, по репортажам ловил все сообщения о моем полку. По мере своих сил пытался понять и представить, с чем сталкиваются там мои подчиненные. Потом начал писать. Подготовил несколько работ, в которых попытался систематизировать свой опыт. И для меня огромным облегчением было то, что они были опубликованы в “Независимом военном обозрении” и имели хорошие отклики. Хочется верить, что они пригодились. Очень обидно было видеть, что мы, как всегда, оказались к этой войне не готовы. Особенно на первом, самом трудном и драматичном этапе — когда боевики вторглись в Дагестан. Словно бы и не было перед этим почти трех лет первой вой­ны. Словно наш огромный опыт той вой­ны был просто стерт и забыт. Но потом, когда группировки возглавили Владимир Шаманов и Геннадий Трошев, ситуация была переломлена. Я отлично знал этих генералов. Шаманов — мой старый боевой товарищ. Это по-настоящему талантливый и яркий полководец. У него дар командовать войсками, воевать и побеждать. Из этой же плеяды и Геннадий Трошев. Еще на прошлой войне он показал себя блестящим командиром и организатором. У Трошева был талант “разруливать” самые трудные и безвыходные ситуации. При этом он еще и блестящий дипломат. Я думаю, что назначение этих двух легендарных генералов стало главным фактором, который и переломил ход войны…

Но от родных десантных войск Павел Яковлевич никуда не ушёл. Почти сразу по выходу на свободу он засел за написание второй редакции своего ставшего настоящим военным “бестселлером” “Учебника войскового разведчика”, этот новый учебник должен был вобрать в себя опыт всех двенадцати последних лет нашей истории. Опыт Карабаха, Приднестровья, Абхазии, Чечни и других локальных войн, которые сегодня являются одной из главных угроз целостности России…

Теперь это уже далёкое прошлое, и кулису над тем, что действительно происходило тогда, сегодня уже можно приподнять, ведь все те смутные годы полковник Павел Поповских и разведка ВДВ были в центре самых острых и драматических процессов, участвовали в разрешении кризисов в Приднестровье, Абхазии, Осетии…

Приднестровье. Когда в июне 1992 года шли тяжелейшие бои на улицах Бендер, а молдово-румынские части рвались за Днестр, стремясь рассечь узкую полоску земли, посмевшую восстать против румынизации, когда со всей России пробирались сюда добровольцы, чтобы с оружием в руках отстоять независимость Приднестровья, тогда на аэродроме Тирасполя сели тяжелые “Илы”, из чрева которых на приднестровскую землю начали сходить крепкие, коротко стриженные люди в десантных камуфляжах без знаков различия. Это высаживался батальон “спецназа” разведки ВДВ. Именно ему была поставлена задача остановить геноцид русскоязычного населения, прекратить войну, охладить пыл румынских вояк. Уже на следующий день батальон убыл в Бендеры.

В те дни в городе зверствовали румынские снайперы. Они получали деньги за каждого убитого, независимо от пола и возраста. Им была поставлена задача сеять ужас и панику среди жителей города, морально сломить их, вынудить бросить всё и бежать, куда глаза глядят. Пули настигали людей на улицах и в квартирах, в очередях за продуктами и на ступеньках больницы. Казалось, никто не сможет остановить этот террор. Но по решению невысокого сухощавого полковника, командовавшего русским спецназом, его бойцы ночью тайно вышли на улицы. Районы действия снайперов были поделены на квадраты, в них было организовано наблюдение, оборудованы засады и огневые позиции. И началась охота. Бесшумная, беспощадная смерть настигала “румын” в самых неожиданных местах. Кто-то умирал с заряженной винтовкой у окна, выцеливая очередную жертву. Кто-то — оборудуя на крыше позицию для стрельбы. Кто-то, чистя винтовку в глубине схрона-убежища… Среди “румын” началась паника. Их активность резко упала, а вскоре и вообще сошла на нет. В течение всего двух суток город был очищен от снайперов, а чтобы румынам и впредь неповадно было терроризировать гражданское население, спецназу была поставлена задача провести акцию возмездия. Ночью на передовую ушли бойцы с “винторезами” — бесшумными снайперскими винтовками. А в глубокий тыл просочились разведгруппы. Эту ночь можно назвать “черной” для “румын”. Молчаливая страшная смерть настигала их повсюду. Умирали часовые, оседали с дырками во лбу дежурные расчеты и наблюдатели. Мешками валились беспечные ночные гуляки. А в тылу румын взрывались опоры силовых линий, взлетали в воздух подстанции и трансформаторные. На следующий день Молдова запросила перемирия…

Абхазия. Мир этой истерзанной войной республике принесли все тот же полковник Поповских и спецназ разведки ВДВ. Именно Павел Яковлевич был одним из тех, кто разрабатывал план миротворческой операции, кто принял на себя всю полноту ответственности за ее проведение. И всегда рядом с ним были его “спецы”.

…ВВС Грузии начали расстреливать баркасы и суда с российскими беженцами, спасавшимися из захваченного грузинской солдатней курортного Сухуми. “Су-25″ с грубо намалёванными поверх советских звёзд “шестерёнками” — эмблемами ВВС Грузии стали ангелами смерти для ни в чем не повинных женщин, детей, стариков, которых морем вывозили из сухумских санаториев. И вновь за поруганную честь России, за пролитую кровь встал “спецназ”. Министр обороны России Павел Грачёв на свой страх и риск приказал “очистить небо” Абхазии. И выполнение этой задачи поручили “спецназу” ВДВ, потому что оперативно перебросить в Абхазию системы ПВО тогда не представлялось возможным.

И было утро, когда в неравной дуэли сошлись человек и самолет. Первая “Игла” “захватила” солнце и улетела в никуда. Грузин, обнаружив запуск ПЗРК, тут же выполнил боевой разворот и занял позицию для атаки. Он был опытным асом, этот грузин. Один из лучших штурмовиков советских ВВС. Два ордена за Афган…

До ракетно-бомбового удара оставались считанные секунды. Надо было бежать, спасаться. Значит, вновь долгие дни поиска, засад. Значит, вновь потопленные корабли и выброшенные на пляж детские трупы… И, стиснув зубы, спецназовец схватил вторую “Иглу”. Это было безумие, но прямо из глубины комнаты какого-то санатория, чтобы точно избежать “козырьком” балкона засветки солнцем, капитан выполнил пуск. Он знал, что в таком замкнутом пространстве будет неминуемо обожжен пламенем стартового двигателя, что в случае повторного промаха у него не останется ни одного шанса выжить. Но он был “спецом” и не умел отступать… Ракета метнулась к жирной серо-зеленой “мухе” грузинского штурмовика — и через мгновение тот исчез в ослепительной вспышке. Тело лётчика через пару дней море лениво выбросило на один из пляжей у Нового Афона… Больше никто не топил корабли с беженцами…

Учебник был написан и снова стал бестселлером специальной военной литературы. А Павел Яковлевич со всем жаром сердца и энтузиазмом взялся за новое дело — создание “Союза десантников” — организации объединяющей ветеранов ВДВ. Возглавил первый “Союз…” легендарный командующий ВДВ Владислав Ачалов. Именно при нём “Союз десантников” стал грозной политической силой, с которой начали считаться политики. Именно “Союз десантников” провёл знаменитый митинг на Поклонной горе против разрушения Армии “мебельщиком” Сердюковым. Именно жёсткая позиция “Союза десантников” заставила его отступить и извиниться перед Героем России начальником рязанского училища ВДВ Андреем Красовым. И сегодня “Союз десантников” одно из самых авторитетных ветеранских объединений России. И его “душой” был и остаётся невысокий, собранный, худощавый человек — Павел Яковлевич Поповских. Настоящий человек — легенда. Герой НАШЕГО времени…
Владислав Шурыгин

Легенды ВДВ Вечная память !Поповских Павел Яковлевич,Слюсарь Альберт Евдокимович

PA020118

Легенды 300 пдп Асовский Виктор Кириллович


Фильм снимался в учебном центре Тульской парашютно-десантной дивизии, на уникальном городке специальной подготовки, известном как “дурдом Базарного”, постороенном благодаря энтузиазму Федора Дмитриевича и поддержке командующего – В.Ф. Маргелова. Занятия по рукопашному бою в спортивном зале проводит еще одна легенда ВДВ – Виктор Кириллович Асовский, “Витас” (в 60 с лишним лет на моих глазах подтягивался на перекладине более 20 раз, в 70 – прыгал с парашютом).
Да, выглядит несколько наивно и коряво, но надо помнить, что цель такой подготовки – не победа в соревнованиях, а закалка боевого, маргеловского духа, помогавшего десантникам одерживать победы во многих боях.
Главный консультант фильма – заместитель В.Ф. Маргелова по боевой подготовке генерал-лейтенант Петр Васильевич Часплыгин, основатель клуба “Юный десантник” Московский Дворец пионеров. Попав на фронт Великой Отечественной войны в ее первые недели, 19-летний учитель математики из сельской школы в глубинке Курской области закончил войну командиром отдельного разведбатальона.
И еще один факт из история этого фильма – Ф.Д. Базарный договорился о написании песни к фильму с Владимиром Семеновичем Высоцким. К сожалению, великий поэт не закончил ее к окончанию съемок, не знаю, закончил ли вообще.

Автор сценария и идеолог фильма – тогда старший офицер отдела физической подготовки и спорта ВДВ подполковник Ф.Д. Базарныйimage 555
На фото подполковник Асовский,настоящая легенда ВДВ и 300 полка

Музыкант. Десантник. Монах. Епископ

076-DSC_0113
Десантник

В армии нужен такой священник, который будет идти рядом с солдатом.

«Если ты мне отец, то идешь со мной», – вот единственный способ

Епископ Славонский Иоанн (Чулибрк) Епископ Славонский Иоанн (Чулибрк)
– Kогда начались разговоры о необходимости присутствия священства в армии, возникла необходимость посмотреть, понять, как это будет выглядеть на практике. Логично, что началось с элитных войск, а 63-я десантная бригада – это элита. Большое количество командиров 63-й бригады родом из Краины, мы близки по менталитету. Эта бригада в 2002 году первой праздновала Славу, и командир обратился к митрополиту Амфилохию с просьбой оставить меня в бригаде, конечно, по договоренности с генералом Лазаревичем. Я прошел десантную подготовку как рядовой член единицы. Главный урок жизни с солдатами прост: «Где ступает его сапог, туда идет и твой», ты должен показать, что ты здесь ради этого солдата. Никому не нужен Йован Чулибрк, чтобы возглавлять военные действия, нужен священник, который будет идти рядом с солдатом. «Если ты мне отец, то идешь со мной», – вот единственный способ.
Десантник

http://www.pravoslavie.ru/73608.html

КОМДИВЫ 98ВДД генерал-полковник ЧИНДАРОВ АЛЕКСАНДР АЛЕКСЕЕВИЧ

maxresdefault
Александр Алексеевич Чиндаров (род. 14 сентября 1948 года, Буинск) — советский и российский военачальник, генерал-полковник в отставке, один из трёх ключевых руководителей военной миротворческой операции в зоне грузино-абхазского конфликта 1992—1993[1][2][3]. Заместитель, первый заместитель командующего воздушно-десантными войсками в 1991—1997. Заместитель председателя Союза десантников России[4].

Принимал участие в Афганской войне, локализации вооруженных конфликтов в Нагорном Карабахе, Южной Осетии, Абхазии, Чечне, а также во вводе российского миротворческого контингента в Югославию.
Генерал-полковник в отставке. Награждён шестью боевыми орденами и двадцатью медалями[5][6].
Содержание

Биография

Александр Чиндаров родился 14 сентября 1948 года в городе Буинск Татарской АССР.

Выпускник Рязанского высшего воздушно-десантного командного училища 1971 года. С 1971 года начальник связи батальона, командовал гранатометным взводом 80-го парашютно-десантного полка. С 1973 по 1975 год — командир 3 роты 80-го парашютно-десантного полка. С 1975 по 1976 год — начальник штаба, заместитель командира парашютно-десантного батальона. С 1976 по 1977 год — заместитель начальника штаба 80-го парашютно-десантного полка. С 1977 по 1980 год — слушатель Военной академии им. М. В. Фрунзе. В 1980 году направлен в Демократическую Республику Афганистан. В должности начальника штаба прославленного 350-го гвардейского парашютно-десантного полка принимал участие в боевых действиях в составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане. За доблесть и умелое командование десантниками в Афганистане был награждён орденом Красной Звезды.

После возвращения в Советский Союз (с января по июль 1982 года) — начальник штаба — заместитель командира, с июля 1982 года — командир 226-го учебного парашютно-десантного полка. С 1985 по 1989 год — заместитель командира, командир 98-й воздушно-десантной дивизии[7]. С 1989 по 1991 год — слушатель Военной академии Генерального штаба ВС СССР им. К. Е. Ворошилова. С 1991 по 1993 год — заместитель командующего ВДВ.

В период грузино-абхазского конфликта 1992—1993 посменно с двумя другими заместителями командующего ВДВ Алексеем Сигуткиным и Виктором Сорокиным командовал российской военной миротворческой группировкой в Абхазии[2].

Как отмечает в своих воспоминаниях А. Б. Смирнов, «… генерал-полковник Чиндаров добивался остановки кровавого конфликта и возвращения российской собственности. Только его твёрдые и жёсткие действия способствовали сдерживанию и обузданию грузинских формирований. И они за голову генерала Чиндарова назначали вознаграждение…»[8][9].

Еще один назначенец — человек в армии легендарный. Ставший первым заместителем командующего ВДВ генерал Александр Чиндаров прошел Афганистан, осетино-ингушский и грузино-абхазский конфликты, дивизия под его командованием первой прибыла в 1988 году в зону землетрясения в Армении. Правда, его действия в Чечне (сначала он осуществлял руководство десантниками, потом возглавил одно из направлений при взятии Грозного), по слухам, вызвали некоторые нарекания командования. Но несмотря на это Чиндаров, безусловно, один из наиболее уважаемых десантников.

— Павел Грачев укрепляет тылы

С 1993 по 1995 год — заместитель командующего ВДВ по чрезвычайным ситуациям, выводу и размещению войск. С 1995 по 1997 год — первый заместитель командующего ВДВ. В 1997 году уволен в запас с формулировкой «по сокращению штатов». Формальной причиной было упразднение должностей первых заместителей в войсках. По мнению газеты «Коммерсантъ», настоящей причиной увольнения стало нежелание десантников переподчиняться Сухопутным войскам и проводить резкие сокращения, против чего Чиндаров неоднократно возражал в Кремле[10][11].

«Заговор генералов» — так в 1997 году СМИ окрестили публичное несогласие ряда военачальников ВДВ с планом реформирования, а точнее, сокращения воздушно-десантных войск. Сначала в отставку были отправлены, согласно директиве начальника ГШ Анатолия Квашнина «в связи с сокращением должностей», заместители командующего ВДВ генералы Александр Чиндаров и Виктор Сорокин, а чуть позже был уволен «по возрасту» и Валерий Беляев. Время, кстати, показало правоту этих генералов: спустя три года после их увольнения численность ВДВ, потерявших за это время более 12 тысяч сокращённых «голубых беретов», вновь начала увеличиваться.

После отставки избран заместителем председателя Союза десантников России.
Образование

Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище им. Ленинского комсомола, 1971 год
Военная академия им. М. В. Фрунзе, 1980 год
Военная академия Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации, 1991 год

Награды

Орден Красной Звезды;
Орден «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3 степени;
Орден Мужества;
Орден «За личное мужество»;
Медали.

ВИКИПЕДИЯ

КОМДИВЫ 98 ВДД Пикаускас Освальдас Миколович

5572621
Не изменивший присяге

Генералов, прошедших путь от солдата до генерала, в Российской армии не так много. Армейская служба нелегка, а в Воздушно-десантных войсках-особенно. Дерзнуть пройти такой путь может не каждый. Одним из таких был первый заместитель Командующего ВДВ генерал-полковник Освальдас Пикаускас.
Родился Освальдас Миколович 15 июля 1945 года в деревне Дувуряй, Зарасайского района, тогда еще Литовской ССР. С детства Освальдас готовил себя к службе в армии. Иной судьбы, видимо, он для себя не представлял. Но, не смотря на будущую свою профессию, требующую твердости и даже где-то жесткости, по характеру он был человеком спокойным, добрым и терпеливым в труде.

Еще свежи были воспоминания о великой победе советского народа над фашистскими полчищами. Патриотические чувства переполняли мальчишек. Многие товарищи Освальдаса, мечтавшие стать офицерами, поступали в военные училища. Военкоматы не знали проблем с призывниками. Когда пришло время, Освальдаса Пикаускаса призвали в Воздушно-десантные войска, где в 1964 году он становится гвардии рядовым 111-го гвардейского парашютно-десантного полка 105-й гвардейской воздушно-десантной дивизии.
Боевая учеба не терпит расхлябанности, тем более в ВДВ. Это гвардии рядовой О.Пикаускас уяснил с первых дней службы. Всегда он проявлял аккуратность и основательность, будь то укладка парашюта, выполнение упражнений учебных стрельб или несение службы в суточном наряде. Через год службы решился поступать в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище и – поступил.
С золотой медалью и дипломом с отличием заканчивает Освальдас Миколович в 1969 году училище. А иначе и быть не могло. Получив лейтенантские погоны, О.Пикаускас был твердо уверен – с Воздушно-десантными войсками не расстанется никогда. Эта идея молодого офицера переросла, в будущем, в смысл его жизни.

По распределению попадает в 7-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Исполнял свои служебные обязанности ответственно и профессионально, грамотно руководил подчиненными. Командование части, оценив уровень профессиональной подготовки Освальдаса, представило его к досрочному присвоению звания «старший лейтенант» и назначило на должность заместителя командира роты.
Проходит один год и старший лейтенант О.Пикаускас уже командир парашютно-десантной роты. Еще один-и он командует полковыми разведчиками. В 1972 году назначается на должность заместителя командира парашютно-десантного батальона с присвоением воинского звания «капитан». Перспективного офицера отправляют на учебу в Военную академию имени М.В.Фрунзе.
После академии майор О.Пикаускас возвращается туда, откуда начинал службу лейтенантом – в 7-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию, становится заместителем командира парашютно-десантного полка. Но и на этой должности Освальдас Миколович задерживается недолго.

Когда майор О.Пикаускас был назначен командиром 108-го гвардейского парашютно-десантного полка, первым его шагом стало повышение требовательности к качеству профессиональной подготовки офицеров и солдат части. Еще с училища Освальдас Миколович усвоил, что в экстремальной обстановке выживает самый подготовленный.
Он всех, не зависимо от должности и воинского звания, выводил на полигон и танкодром, дистанцию кросса, требовал выполнения всех нормативов по всем дисциплинам. Постоянно проводились занятия по тактической подготовке, организовывались учебные стрельбы на полигоне, никогда не пустовали спортивные залы. Майор Пикаускас использовал в учебе личного состава старый армейский принцип: «Делай как я!» Этого он требовал прежде всего от командиров подразделений.
Своим подчиненным командир полка объяснял, что десантник должен быть в ежеминутной готовности выполнить поставленную боевую задачу. Для этого у него кроме силы, выносливости и смелости, должно быть достаточно знаний, ума и смекалки. В парашютно-десантной части, как ни в каком другом подразделении, каждый должен чувствовать плечо товарища и быть уверенным, что тот не подведет.

108-й гвардейский парашютно-десантный полк майора Освальдаса Пикаускаса добивается отличных результатов. Все подразделения успешно выполняют планы боевой подготовки. Создается высокоэффективная учебно-материальная база. Личный состав в совершенстве владеет боевой техникой и оружием, освоил способы их десантирования из новых типов самолетов. Часть объявляется лучшей в Воздушно-десантных войсках.
Освальдас Миколович был скрупулезен во всем, начиная с простейших мелочей солдатского быта и заканчивая вопросами боевой подготовки части. Он не только строго спрашивал, но и многое давал и обеспечивал. Под его личным контролем находились организация и проведение праздничных мероприятий, посещение выставок, музеев, мемориалов боевой славы, знакомство с воинскими традициями, ритуалами, работа библиотек, кружков художественной самодеятельности, чествование отличившихся воинов.
Были установлены и развивались шефские связи с трудовыми и учебными коллективами, организовывались встречи делегаций, проводились совместные мероприятия. Лично присутствовал на обсуждении злободневных вопросов жизни воинских коллективов на собраниях и советах подразделений части. Частыми гостями в подразделениях полка были ветераны Великой Отечественной войны и труда, которые проводили колоссальную работу по патриотическому воспитанию военнослужащих.
Немаловажную роль в армейской среде отводил Освальдас Пикаускас женсовету полка, который оказывал помощь в воспитании подчиненных. Члены женсовета части принимали активное участие в разрешении социальных проблем семей военнослужащих. Организовывали тематические вечера, вечера отдыха, торжества по случаю Дня части, принятия присяги, государственных праздников. Оказывали помощь командирам подразделений в работе с военнослужащими, склонными к нарушению воинской дисциплины.
Так всесторонне и основательно выполнял свои обязанности Освальдас Миколович на всех занимаемых должностях. Генерал – полковник в отставке Александр Чиндаров вспоминает: «В любой из частей ВДВ после Пикаускаса работать было крайне сложно. Он умел наладить такую дисциплину, которую не удавалось поддерживать многим его преемникам. Я принимал у него 98-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Уровень боевой выучки и сам процесс боевой подготовки заставили меня еще раз задуматься о том, что умеет Пикаускас и чего не умею я.

Довольно сложно было поддерживать в дивизии те правила несения службы и тот уровень ответственности за каждую должность, которые создал тогда Освальдас. Где бы мы с ним ни были, он никогда не позволял себе лишнего. И делал то, что было нужно в данный момент. Поэтому Пикаускас был всегда уверен и в себе, и в тех офицерах и солдатах, которыми он командовал».
Можно сказать, что карьера Освальдаса Миколовича была стремительной. На воинских должностях больше двух-трех лет не засиживался. Это можно отнести за счет таких его качеств, как совершенное знание военного дела, прекрасная интуиция, высокая требовательность к себе и умение работать с людьми. Будучи командиром 98-й гвардейской воздушно-десантной дивизии О.Пикаускас получает звание «генерал-майор». Ему тогда исполнилось 38 лет.
98-я гвардейская воздушно-десантная дивизия имела богатые боевые традиции. А как любил повторять молодой генерал О.Пикаускас: «Надо крепить традиции ВДВ». Со всем своим неиссякаемым энтузиазмом Освальдас Миколович принялся за их укрепление и преумножение. Боевая учеба проводилась на высоком уровне. О ее эффективности можно судить как по высоким результатам, показанным соединением при проверках и инспекциях вышестоящих органов военного управления, так и входе крупномасштабных учений.

В процессе боевого слаживания частей и подразделений дивизии в целях формирования у личного состава уверенности в своих силах, оружии и технике по указанию генерал-майора О.Пикаускаса постоянно проводились показные занятия, состязания специалистов, шел творческий поиск по выработке новых подходов к повышению качества боевой подготовки. Выведя дивизию в лидеры, Освальдас Миколович получает назначение на должность заместителя Командующего Воздушно-десантными войсками по боевой подготовке.
Свою активную деятельность Освальдас Миколович направляет на укрепление боевой мощи ВДВ. Если бы О.Пикаускас стал учителем, наверное, его ученики смогли бы перенять от наставника массу положительных качеств. Им он не стал, но свои педагогические качества реализовал в жизни.
При активном его участии создаются и реорганизуются учебные центры, главной задачей которых становится подготовка высококвалифицированных младших командиров и специалистов для войск. К их подготовке предъявляются высокие требования: отличная боевая выучка, хорошая физическая и маршевая закалка, твердая воля. Каждый выпускник должен уметь водить боевые машины, совершать прыжки с парашютом днем и ночью, быть отличным разведчиком, сапером-подрывником, радистом.
За время обучения курсанты учебных частей приобретали теоретические и практические навыки, необходимые для дальнейшей службы в войсках, крепли физически и впитывали в себя лучшие традиции «крылатой пехоты».
Одновременно с этим генерал-лейтенант Освальдас Пикаускас постоянно инспектирует воздушно-десантные дивизии, руководит учениями, разрабатывает новые методики по организации и совершенствованию боевой подготовки. Его богатый опыт службы на различных должностях, знание не понаслышке положения дел в войсках позволяли ему держать боевой потенциал ВДВ на высоком уровне.

В Воздушно-десантных войсках он был одним из самых любимых генералов. Освальдас Миколович понимал, что учить людей, которые выполняют трудные боевые задачи можно только на личном примере. Помимо исключительной честности, острого чувства справедливости, ему были присущи спокойствие, основательность, тактичность, редкое умение не повышать голос на подчиненных.
Он всегда был корректен и в то же время ни с кем не позволял себе панибратства. Никогда и ни при каких условиях не позволял себе выразиться языком ненормативной лексики, что является большой редкостью среди офицеров командного звена.
В 1995 году генерал – полковника Освальдаса Пикаускаса не стало. Он умер молодым, немного не дожив до своего полувекового юбилея. В последний путь Освальдаса Миколовича провожало огромное количество людей. Среди них были четыре ранее командующих Воздушно-десантными войсками. На похоронах присутствовал занимавший в то время должность министра обороны Российской Федерации Павел Грачев.
Генерал-полковник Освальдас Пикаускас всегда был верен долгу и Воздушно-десантным войскам. После развала СССР ему поступало много предложений – он мог занять высокий пост в Литве. Но Освальдас Миколович не мог изменить однажды данной присяге.

«До последних своих дней,- вспоминал генерал-полковник Валерий Беляев – Освальдас, несмотря на тяжелое заболевание, оставался в строю. В последние годы, когда о его болезни стало известно, О.Пикаускаса старались всячески ограждать от поездок, инспектирования войск. Но он был настолько настойчив, что продолжал брать на себя сложные задачи. Проводил учения, постоянно был в войсках, обучал командиров… Он жил этим».
Не считают мертвыми людей, память о которых живет в наших сердцах, именами которых мы вправе гордиться. Они живы, пока живет наша память, пока мы произносим за них третий тост. Никогда не забудется в Воздушно-десантных войсках имя настоящего десантника и мужественного человека – генерал-полковника Освальдаса Миколовича Пикаускаса.
десантура.ру

"СВИРЬ" is powered by WordPress | Entries (RSS) and Comments (RSS)| Partnerprogramm Theme